Начало XX века
Анри Пуанкаре42 высказал немало интересных оценок и догадок. По его определению, творчество заключается в создании новых полезных комбинаций, при этом он настаивал на мнении, что мышление изобретателя имеет явно избирательный, направленный характер, так как «бесплодные комбинации даже не приходят в голову изобретателю». В этом отношении он сравнивал изобретателя с экзаменатором второй ступени, который спрашивает только кандидатов, допущенных к экзаменам после первого испытания. Интересно отметить высказывания Пуанкаре о том, что творческий процесс состоит из чередования сознательных и бессознательных усилий нашего мозга, а также о роли эстетичсских критериев в творчестве. Он утверждал, что гармония удовлетворяет нашим эстетическим потребностям и служит одновременно подспорьем для ума; с другой стороны, всякая «некрасивость» теории или гипотезы настораживает.
Начало XX века было отмечено ростом усилий по созданию методик изобретения.
Вильгельму Оствальду43 принадлежит утверждение, что методике изобретательства можно научиться. Он выражал надежду, что искусство изобретения будет становиться общим достоянием и в конце концов сделается столь необходимой и обыденной принадлежностью физической и духовной жизни, как, например, пиша, чтение и письмо. Изобретать можно, следуя определенным принципам, а в качестве примера он приводил творчество Эдисона44.
Действительно, Эдисона можно считать создателем первого в мире научно-исследовательского института, в котором экспериментальная поисковая работа разделялась между большим числом параллельно работающих исследователей. Исследовательская лаборатория была организована им в Менло-Парке в 1872 году. За шесть с половиной первых лет работы лаборатории было получено более 300 патентов, то есть по 2 патента в неделю.
Поточную систему производства патентов создал А. Белл: с 1879 по 1900 год лаборатории его компании получали в среднем 1 патент в каждые 2,5 дня, а всего за это время более 3000 патентов.
Оствальд отмечал, что в конце XIX и в начале XX века произошли большие изменения в характере творчества. Если раньше за изобретательскими находками отправлялись, как охотник за добычей в лес или поле, который не знает, что он найдет и найдет ли вообще что-нибудь, то теперь охоту можно заменить продуманной облавой (по Эдисону), и нужно быть неумелым охотником, чтобы упустить дичь.
Здесь виден как бы ответ на образное описание творчества по Джозефу Пристли45, сравнивавшему изобретательские поиски с тем, как охотник ищет добычу в лесу, в чем большая роль принадлежит случайности. Пристли рекомендовал осуществлять мысленно неожиданные алогичные эксперименты, считая, что самыми смелыми и самыми оригинальными изобретателями являются те, кто предоставляет свободу своему воображению и допускает сочетание самых далеких друг от друга идей. И хотя многие из этих идей впоследствии окажутся фантастическими, некоторые из них могут привести к величайшим открытиям.